Геннадий ПЕРЕПАДЕНКО: “Когда мы покупали клуб, одни только его долги составляли более миллиона долларов”

В годы футбольной молодости им так и не удалось поиграть вместе. Когда Игорь Беланов уходил из одесского “Черноморца” в киевское “Динамо”, Геннадий Перепаденко только-только вливался в ряды “моряков”. Затем у одного была Германия, у другого – Испания. Судьба свела двух известных украинских игроков на иной стезе – их объединил футбольный бизнес. В прошлом году Перепаденко и Беланов рискнули и купили контрольный пакет акций швейцарского клуба “Виль”. Результаты работы наших соотечественников не заставили себя ждать. В прошлый понедельник “Виль” впервые за 104 года своего существования выиграл Кубок Швейцарии и пробился в еврокубки. А за пару дней до триумфа состоялся наш разговор с Геннадием Перепаденко, который всего на несколько часов заглянул в Киев.

“Живу в нескольких сотнях метров от Средиземного моря, а на пляже бываю всего два-три раза в год”

– По-прежнему вся жизнь в дороге: дом – в Испании, родные – в Украине, бизнес – в Швейцарии?

– Приходится мотаться. Хотя, честно говоря, в последнее время в салоне самолета провожу едва ли не больше времени, чем со своей семьей. Бывало даже такое, что во время пересадки в каком-то из аэропортов мира сразу не мог и вспомнить, с какого же рейса нужно забирать багаж. А в один из месяцев и вовсе провел в воздухе в общей сложности около 80 часов. Не поверите, живу в нескольких сотнях метров от Средиземного моря, а на пляже бываю всего два-три раза в год.

– Действительно ли вы с Белановым намереваетесь продать “Виль”?

– Когда мы покупали контрольный пакет акций клуба, то четко договорились со швейцарцами: за финансовую сторону отвечают они, а за спортивную – мы с Игорем. Но когда успехи в футбольных делах стали опережать достижения финансистов, у местных руководителей появилась… ревность. Палки в колеса нам начали вставлять даже руководители кантона, на территории которого расположен городок Виль. Дошло до того, что минувшей зимой нам не позволили дозаявить тех игроков, которых мы хотели. Дальше – больше: не дали разрешения на работу сначала нынешнему тренеру вратарей сборной Украины Юрию Роменскому, затем Александру Заварову, приглашенному на должность наставника “Виля”, а позже и его преемнику – чеху Томашу Матейчеку.

Признаюсь, были ошибки и с нашей стороны, ведь мы окунулись в ранее неведомый нам мир футбольного бизнеса. Но со временем имена Беланова и Перепаденко стали частенько появляться на страницах швейцарских газет, за нашей работой начали следить знающие толк в футболе люди. А поскольку плоды нашего труда были на поверхности, то нам поступили конкретные предложения вложить средства в более именитые футбольные единицы. Сейчас рассматриваем варианты.

– Клубы и страны назовете? Знаю, что в числе других фигурировал, к примеру, швейцарский “Серветт”.

– Название команд обнародовать, наверное, рано, а вот что касается стран, то это клубы, представляющие Швейцарию, Францию, Германию, Чехию… Словом, с возможностями 17-тысячного провинциального городка Виль не сравнишь.

– Кстати, в какую сумму, если не секрет, обошлась вам с Белановым покупка “Виля”?

– Читал в прессе, что мы потратили 300 тысяч долларов. Поверьте, сумма значительно больше. О чем говорить, если только долги клуба на момент нашего прихода составляли более миллиона долларов! Кстати, два месяца швейцарские власти не позволяли нам вступить во владение “Вилем”, тщательнейшим образом проверяя происхождение наших средств и в Испании, где я сейчас живу, и в Украине. Понятие “русская мафия” настораживает Европу до сих пор. И только тогда, когда люди познакомились с нами и убедились в том, что наши доходы не имеют криминального происхождения, дали зеленый свет.

– Имена Перепаденко и Беланова часто всплывают при упоминании чешской “Опавы” и одного из бразильских клубов. Вы там тоже хозяйничаете?

– Знаю-знаю, по футбольным законам у нескольких клубов не может быть один и тот же владелец. Мы и не идем против воли ФИФА и УЕФА. Что касается “Опавы”, то ее содержат мои друзья по бизнесу. За короткий срок команда вышла в высший дивизион Чехии, мы же помогаем ей игроками. В сферу наших интересов входит и бразильский клуб “Юнион Барбаренсе”. Его владельцем является одна из швейцарских компаний, с которой я тесно сотрудничаю. Есть достижения и там. В нынешнем сезоне эта команда дошла до четвертьфинала Кубка штата, где со счетом 1:0 уступила на его поле именитому “Сантосу”.

“Саша Заваров большую часть времени проводит во Франции, хотя пост спортивного директора “Виля”, как и раньше, за ним”

– Мы вспомнили об Александре Заварове. Как он, чем занимается? По-прежнему спортивный директор “Виля”?

– После того, как ему из-за отсутствия необходимой лицензии не разрешили тренировать “Виль”, Саша большую часть времени проводит дома, во Франции. Хотя должность спортивного директора нашего клуба по-прежнему за ним.

– А Игорь Беланов?

– В отличие от меня он почти всегда в Швейцарии, вплотную занимается клубными делами. Лишь изредка вырывается к семье в Одессу. Мы сняли в Виле трехкомнатную квартиру, где постоянно обитает Игорь. Когда приезжаю я, тоже останавливаюсь там. Кстати, поскольку кантон немецкоязычный, а Беланов после выступления в менхенгладбахской “Боруссии” свободно разговаривает на немецком, то проблем с собеседниками у него не возникает. Да и телефон всегда под рукой.

– Совсем недавно вы стали еще и агентом ФИФА, теперь имеете право официально помогать футболистам трудоустраиваться, а клубам подыскивать необходимых им игроков. Дело, конечно, престижное и перспективное, но и недешевое.

– В первую очередь следует оформить так называемую страховку ФИФА на сумму 500 тысяч евро. Кроме того, необходимо выдержать нелегкое испытание. Причем от будущего агента требуется знание не только футбольных нюансов, но и общеюридических вопросов той страны, на территории которой ты сдаешь экзамен. К примеру, племянника короля Испании, сдававшего вместе со мной “сессию” в Мадриде, взяли да и отправили на переэкзаменовку.

– Вас считают одним из удачливых бизнесменов из числа бывших советских футболистов. Дар Божий?

– Скорее огромное желание и трудоспособность. В 31 год я закончил играть в испанском “Бадахосе” и решил остаться в этой стране. Хотелось обеспечить достойную жизнь своим близким – жене, сыну, дочери, которая, кстати, по времени и месту рождения испанка. Для начала мне пришлось переехать из провинциального Бадахоса в огромную Барселону, где перспектив гораздо больше. К счастью, лень никогда не была моей спутницей в жизни, поэтому, еще будучи футболистом, старался заглянуть чуть дальше, за горизонт. Примерно то же самое и в то же время, только в Запорожье, пытались делать два моих школьных товарища – Виталий Ивахов и Михаил Полковников. Оба в прошлом моряки торгового флота, выброшенные судьбой на обочину жизни, но не смирившиеся с этим. Ребята приехали в Испанию, и потихоньку мы впряглись в новое дело.

Где взял стартовый капитал? Что-то удалось отложить в те времена, когда был игроком, чем-то помогли мои друзья-футболисты Попов и Радченко, также игравшие в Испании. Кроме того, первые испанские партнеры дали в долг часть оборудования для пекарни, которую мы открыли в Запорожье. Затем расширяли бизнес, торговали облицовочной плиткой, паркетом, мебелью, но ограничиваться примитивной цепочкой “купил-продал” не захотели. Неинтересно это, да и неперспективно. Когда более или менее прочно встали на ноги, организовали собственное производство в Украине – металлопластиковых дверей и окон, кухонь. С каждым годом направлений работы становилось все больше. Например, с недавних пор осуществляем крупный проект в области ресторанного и гостиничного бизнеса. Полностью комплектуем оборудование для подобных объектов, строящихся в Украине: от лампочки до изысканной мебели. Еще одно наше новое дело – торговля в Украине суперэлитным итальянским кофе. На фабрике в Триесте, где его производят, стоит единственная в мире машина, которая лазерным лучом проверяет каждое – представляете, каждое! – зернышко, привезенное с плантаций Бразилии и Ямайки.

Правда, сейчас у меня много времени снова занимает футбол, поэтому дела главным образом ведет мой младший брат Сергей, который, кстати, когда-то играл в московских “Спартаке” и “Локомотиве”.

“В моем доме под Барселоной как не было, так и нет “тарелки”, соблазняющей русскоязычными программами”

– А легко ли вам дался испанский язык?

– Клуб в Бадахосе был небогатый, поэтому ни переводчика, ни учителя испанского у меня не было. Все передвижения по стране команда совершала на автобусе, и пока проедешь тысячу километров, успеешь посмотреть три-четыре фильма на испанском. Кстати, в моем доме под Барселоной как не было, так и нет “тарелки”, соблазняющей русскоязычными телепрограммами. Зато куча словарей, разговорников. А главное – постоянное общение с людьми, которые вдвойне уважают чужестранца, говорящего на их родном языке. Сейчас, к слову, я вплотную занялся еще и английским.

– Русскоязычные телепрограммы вы не смотрите, но годы, проведенные в советском футболе, наверняка вспоминаете?

– Конечно же. Наибольших успехов я достиг в московском “Спартаке”, где играл под руководством Олега Романцева рядом с Черенковым, Поздняковым, Суслопаровым, Морозовым, Родионовым… Хорошая у нас тогда была команда. В 1991 году мы дошли до полуфинала Кубка европейских чемпионов, убрав со своего пути чешскую “Спарту”, итальянский “Наполи” во главе с Марадоной, именитый мадридский “Реал”. Все эти матчи помню, что называется, наизусть. “Спарте” даже гол забил – и был на седьмом небе от счастья. Но минуты, проведенные на поле рядом с легендарным Диего Марадоной, все же стоят в памяти особняком. Словами не передать, насколько аргентинец был гениален в игре, даже не самой удачной для его команды.

– Знаю, что вы много лет дружите с главным тренером киевского “Динамо” Алексеем Михайличенко. Кстати, в этот клуб вас, случайно, не приглашали в те годы?

– Ни разу. И это естественно – я не подходил под подчеркнуто атлетичный динамовский стиль, да и под модельные характеристики Лобановского, наверное, тоже. Когда дебютировал в большом футболе, при 177 сантиметрах роста весил 57 килограммов – не телосложение, а теловычитание (смеется). Что же касается Алексея, то у нас с ним действительно очень хорошие отношения. В конце марта звонил ему едва ли ни ежедневно. Сначала поздравил с появлением на свет сына, затем с днем рождения самого Алексея, а потом – его супругу Инну.

– А часто ли помогает вам в бизнесе имя, которое вы себе сделали в футболе?

– Вы знаете, нередко. Однажды и вовсе забавный случай приключился. Приехал я как-то в Милан на выставку мебели, устраиваюсь в гостиницу. Портье смотрит в мой паспорт, с трудом читает по слогам фамилию “Пе-ре-па-денко” и задумчиво говорит: “Был такой футболист в “Спартаке”, играл против “Наполи”. Однако меня, судя по всему, принимает за однофамильца. Я ему пытаюсь внушить, что, мол, я и есть тот самый Перепаденко, который играл за “Спартак” против “Наполи”! Сначала, по глазам вижу, портье не верит, но потом, когда до него доходит, раздается такой искренний вопль восторга, будто он встретил самого близкого человека, с которым расстался сто лет назад. На Западе ничто так не сближает людей, как футбол. В том числе и в бизнесе…

Из досье “ФАКТОВ”

Геннадий Перепаденко. Полузащитник. Мастер спорта. Родился 16 июня 1964 года в Запорожье. Воспитанник школы “Металлург” (Запорожье).

Выступал за команды: “Металлург”, Запорожье (1982–1983 гг.); СКА, Одесса (1984–1985 гг.); “Черноморец”, Одесса (1985–1989 гг.); “Спартак”, Москва (1990–1991 гг., 1992 г.); “Хапоэль-Цафририм”, Холон, Израиль (1991–1992 гг.); “Бадахос”, Испания (1992–1995 гг.).

Обладатель Кубка СССР 1991 г. Чемпион России 1992 г. За сборную СССР сыграл три матча.

С 2003 года один из владельцев швейцарского “Виля”.

Вместе с супругой Викторией воспитывает сына Диму (15 лет) и дочь Наташу (8 лет).

Источник: “Факты”

Новости партнеров

Комментарии: